Talie
Хорошие люди и хорошие книги всегда приходят вовремя
ДЕВЯТИЛЕТНИЕ

Девятилетний возраст — в основном продолжение и расширение того, что было в восьмилетнем. Отличить восьмилетнего ребенка от девятилетнего, пожалуй, труднее, чем отличить трех- от четырехлетнего. О младшем школьном возрасте вообще нужно сказать, что переходы здесь не столь резки и различия не столь отчетливы, как это было в два, три, четыре и пять лет.
У девятилетнего те же основные особенности: он быстр, широко открыт навстречу всякому новому опыту и склонен оценивать себя и свое окружение. Но эти особенности проявляются у него на более высоком уровне зрелости. Что это означает?
Девятилетний очень быстр, но уже научился владеть собой, управлять своими движениями, и потому не так резок и порывист, как год назад. Интересы восьмилетнего определялись тем, что он видел вокруг себя, он непосредственно отвечал на текущие восприятия. Интересы девятилетнего тоже очень широки, но определяются не только тем, что он видит в данный момент, но и памятью, внутренними предпочтениями, он проявляет поэтому большую избирательность, обдуманно решает, чем заняться.
Его оценки самого себя и своего окружения обоснованнее и глубже, чем год назад. Он способен испытывать и выражать более тонкие и сложные переживания. Поэтому можно скзать, что главное отличие девятилетнего от восьмилетнего — более выраженная индивидуальность, включая сюда индивидуальность интересов, вкусов, привычек и побуждений. Индивидуальность девятилетнего проявляется в его жестах, в установившейся манере говорить, смеяться, шутить. Даже поведение за столом носит печать индивидуальности. К девяти годам совсем отчетливо "прорезываются" те или иные способности и начинают формироваться индивидуальные склонности.
С девятилетним легче всего ладить, если относиться к нему так же уважительно, как к к взрослому, принимая в расчет его самобытность, привычки и вкусы. При таком подходе ребёнок проявляет отзывчивость ко всем предложениям старших, хорошо включается в деятельность, участвует в семейных «авралах» и мероприятиях. Особенно любит он, когда с ним всерьез советуются при выработке семейных планов, например, куда поехать в выходной день. Это нравится ему гораздо больше сухого и лаконичного сообщения: «В субботу мы поедем в лес».
Родителям, привыкшим все решать «единоначально», теперь надо перестроиться, учесть возросшую зрелость девятилетнего и в разумной мере привлекать его к выработке семейных решений. Девятилетний требует большей самостоятельности, хочет сам выбирать, быть «сам по себе». Он может самовольно зайти в гости к приятелю, совершить после школы дальнюю поездку в автобусе (не всегда сообщая об этом родителям). Он может самостоятельно поехать во Дворец пионеров или в бассейн, в спортивную секцию или кинотеатр. Иной раз родители даже переоценивают степень его самостоятельности. Дело в том, что наряду с поступками, требующими зрелого, обдуманного поведения, он испытывает потребность временами вести себя совсем по-детски, по-дошкольному. Это для него вполне естественные «чередования».
В отличие от восьмилетнего, деятельность которого направлялась впечатлениями текущей минуты, у девятилетнего более стойкие интересы, и он проявляет разумную инициативу в выборе занятий. Иногда это придает ему комически-деловой вид занятого человека. Внимание его стало устойчивее, и он может долго заниматься каким-нибудь одним делом и доводить его до конца. Однако это относится лишь к той деятельности, которую он сам избрал и которая его захватывает. Как только интерес угаснет, большинство девятилетних оставляют свое занятие. Сосредоточить внимание усилием воли, заставить себя долго заниматься чем-то неинтересным — такая задача ему пока не по плечу, он начинает зевать, вздыхать, ерзать, отвлекаться.
Девятилетний стремится совершенствовать свои навыки и умения. Готов повторять одно и то же упражнение многократно, делать одну и ту же вещь, пока не овладеет нужным навыком, пока не придут мастерство и легкость. Он хочет хорошо ездить на велосипеде, играть в футбол, кататься на коньках, владеть шайбой, то есть обладать навыками, обеспечивающими уважение сверстников.
В этом возрасте можно успешно начать обучение ребенка работе с разными инструментами — столярными, слесарными и другими. Однако здесь отмечается одна особенность девятилетних: первоначальный энтузиазм в таких делах держится недолго. Поэтому трудовое обучение должно включать в себя игровые элементы. Не надо скупиться на похвалу — иной раз нужно похвалить, даже если работа выполнена не очень хорошо. Сложность каждого последующего задания нужно соизмерять с уже приобретенной сноровкой — задания в девять лет не должны быть отпугивающе трудными.
Девятилетние проявляют склонность к спорту — коньки, плавание, футбол, борьба, гимнастика. Раньше популярным занятием в этом возрасте было запускание змея, сейчас оно стало более редким. Но девятилетний любит взбираться на горки, на обрывистые берега рек, а так же на заборы и карнизы. Сидеть у речушки и швырять в неё камни — тоже вполне почтенное для него времяпрепровождение. В девять лет ребенок охотно отправляется с родителями в любые туристские походы, соответствующие его силам.
Если у ребенка есть склонность к музыке, то девять лет — отличный возраст, чтобы начать учить его игре на гитаре, аккордеоне, фортепиано. Если же из уроков музыки ничего не выходит — тоже не страшно, и излишняя настойчивость родителей (а тем более обвинения — пытались тебя учить, а ты балбес не захотел) никакой пользы не принесет. Обучение музыке и спорту должно быть удовольствием, а не отбыванием скучной повинности. Многое зависит от личности преподавателя, который умеет делать уроки привлекательными. И если занятия музыкой «пошли», тогда можно думать о приобретении профессионального инструмента. Для многих детей уроки музыки становятся проклятием и тяжкой мукой в детстве. Родители, преисполненные решимости заставить чадо играть, буквально принуждают его проводить необходимые два-три часа в день за инструментом — упражняться и практиковаться, и долго человек вспоминает об этом, как об «отравленном родителями детстве».
Девятилетний должен иметь личное время, то есть в распорядке его дня надо предусматривать ничем не заполненные часы, которые он может использовать хоть как, по своему разумению — валяться на траве, глядя в небо, слоняться по двору и т.д. Расписать каждый час и минуту, делать все по хронометру — хорошо для казармы; для третьеклассника такая жесткость режима не нужна, ибо она тормозит творческое развитие и самостоятельность ребенка.
Родители напрасно обижаются, что девятилетний предпочитает общество сверстников и порою не желает идти на семейную прогулку, потому что ему интереснее поиграть с товарищами. Приятели — главный центр притяжения, к которому весь день приковано его внимание и помыслы. Он хочет быть таким же, как они — говорить тем же языком (не очень изящным), одеваться, как они, носить такую же прическу. В отношении одежды мнение приятелей для него решающее. Если настойчивые родители заставят его носить одежду, красивую по их понятиям, но отличающуюся от той, которую носят другие сверстники, это источник огорчений и даже страданий, не говоря уже о том, что сверстники считают одежду смешной и дразнят его.
Девятилетние проводят немало времени в разговорах, которые взрослым кажутся пустыми. Но это не так. Дети обмениваются мыслями, опытом, поверяют друг другу свои наблюдения и чувства. При этом они учатся вести беседу — не только говорить, но и слушать собеседника (увы, этим искусством владеет не всякий взрослый).
Мальчики и девочки продолжают играть отдельно, и в то же время тянутся друг к другу. Это выражается на первый взгляд странно: пренебрежением и даже высокомерным презрением к противоположному полу; дети хвастаются друг перед другом, подсматривают и насмешничают. Скрытый, но тем не менее сильный интерес проявляет себя именно в этом показном презрении.
Девятилетний ходит в школу с удовольствием. У него уже есть некоторые навыки самостоятельной работы. Он готов трудиться, чтобы получать хорошие отметки, однако при неудачах все ещё легко обескураживается. Умеет критически оценивать собственные способности и уже обладает самодисциплиной или внутренней дисциплиной, то есть способностью работать без принуждения и присмотра, не из-под палки. Уже может сам делать уроки из сознания необходимости. (Это не означает, что родители освобождаются от контроля за приготовлением домашних заданий). Любит читать о необыкновенных событиях и фактах и, вычитав что-то из ряда вон выходящее, экзаменует родителей и друзей: «А знаешь ли ты, что...» В девять лет отчетливо «прорезываются» те или иные способности к учебе.
Часть девятилетних — завзятые читатели, читают много и жадно, «запоем». Другие даже в руки книгу не берут. Иной раз им просто плохо дается чтение, они не могут освоить беглое чтение «про себя», и, естественно, процесс чтения для них мучителен. Таких детей немного, но они есть, и требуют специальных педагогических методов.
У девятилетнего, как правило, хороший аппетит, и проблема «он ничего не ест» сейчас родителей не беспокоит. У ребенка уже сформировались свои вкусы, он четко знает, какую пищу любит (сосиски, жареную картошку, любимый салат), а какую не любит (молоко с пенкой, манную кашу с комками).
Девятилетний уже может работать не из-под палки, а из сознания необходимости — но это не распространяется на домашнюю работу. По своей воле он за неё не берется. Ему нужно также напоминать — почисти зубы, умойся, прими душ, вымой руки перед едой. Он принимает эти напоминания без досады и исполняет их так, будто сам собирался это сделать, но промедлил. Девятилетний мальчик не любит менять одежду, готов носить одну и ту же куртку, брюки, пока они не протрутся. Особо привязан к старой одежде, а новую надеть стесняется, ему кажется, что все на улице смотрят на него, когда он в новом. Девочки в этом отношении отличаются от мальчиков-сверстников и против нового платья обычно не возражают.
У девятилетних проявляется «избирательность слуха», точнее — избирательность внимания. Они прекрасно слышать голос приятеля, который на улице кричит «Выходи!», и опрометью бросаются к двери. Но погруженный в свои дела девятилетний упорно не слышит, как его зовет мать из соседней комнаты.
У девятилетнего вырабатываются этические понятия. Он начинает понимать, что такое честность, правда и ложь. Нелепость требования всегда, всем и везде говорить только правду, для него уже очевидна, а если и не очевидна, то он вполне поймет, если ему объяснить (девятилетний Дениска из рассказа В.Драгунского «Старый мореход» сам все прекрасно понял). Он уже знает, что есть личные и семейные секреты, и не следует рассказывать случайным чужим людям то, что случается с тобой, с другом или в семье. Понимает, что доносчик и даже распространитель сплетен может говорить чистую правду и тем не менее достоин презрения.
Понятие «справедливость» занимает большое место в мыслях и разговорах девятилетних. Ребенок готов безропотно принять наказание, если чувствует, что заслужил его. Но несправедливое наказание и вообще любая несправедливость взрослых по отношению к нему приводят его в негодование. Между собой дети часто спорят во время игр, носящих характер состязаний — что честно, а что нечестно. Причем девятилетний может признать правоту своих соперников и отвергнуть плутовство товарища по команде. Это значит, что у него уже выработаны высокие этические стандарты и сложная система этических представлений.
Он уже вполне понимает, что такое чужая собственность.
Иногда в этом возрасте появляется тревожная мнительность. Дети начинают беспокоиться и бояться неудач в школе, собственной оплошности в каком-нибудь важном деле. Здесь нельзя ограничиться авторитетным или грубым окриком: «Перестань тревожиться, тебе нечего бояться!» Родители и учителя должны дать почувствовать ребенку, что они понимают его страхи, внимательно прислушиваться к нему, чтобы он видел и знал: ему сочувствуют и хотят помочь.
Девятилетний ребенок погружен в текущие дела, требует от родителей значительно меньше внимания и времени, чем в предшествующие годы. Он занят выполнением задач, которые см себе поставил. Его трудно оторвать от того, что ему нравится, — он забывает о времени. Полюбившийся кинофильм готов смотреть многократно, еще и еще. В середине тридцатых годов девятилетние по 10-15 и даже 20 раз подряд ходили на «Чапаева», многие с тайной надеждой — а вдруг в этот раз Чапаев все-таки выплывет... Девочкам в этом возрасте не приедается возня с куклами, мальчик часами самозабвенно «гоняет в футбол», забыв обо всем на свете.
В общем, девятилетний — уже отчетливо сформировавшаяся индивидуальность. У него свой строй мыслей и представлений о том, что хорошо и что плохо, свои точки зрения. Он понимает разумные доводы, умеет трезво оценивать обстановку. Стремится многие вещи делать как можно лучше, особенно те, которые делает по своей охоте. С головой погружен в свои дела и занимается ими весьма целеустремленно.

Продолжение следует.

@темы: за годом год